«TRON в зоне RUбля»

В руках маленький невзрачный ключик без какой-либо маркировки. Так же выглядят ключи от почтового ящика или офисной тумбочки. Но этот открывает дверь BMW M1 – суперкара, который был выпущен тиражом в 399 штук, не считая 46 гоночных версий. Легендарный суперкар из коллекции BMW Classic мне отдают на целый день, а в качестве довеска – первую заряженную «пятерку» BMW, M535i. Может, это и есть рай? Поездку на M1 пришлось клянчить почти полгода. Все началось на праздновании  сорокалетия отделения BMW M  на Нюрбургринге. Тогда немцы выкатили на Северную петлю все M-автомобили, когда либо выпущенные, и предложили журналистам прокатиться на них по «Зеленому аду». Было и несколько M1. Однако крест на многообещающих планах поставила погода и коварная «Северная петля»: в первый же день журналисты разбили несколько машин, и бесценную классику поставили на прикол. На второй день покатушек распогодилось, и раритеты снова попали в руки журналистов. Но… снова две аварии. Лавочку закрыли. В ка...

Владивосток — город провинциальный, но древний. Его мифы начинаются с белых айнов и государства Бохай и выходят далеко за пределы самого Владивостока. В них есть Порт Мэй и Сан-Франциско — неформальный побратим Владивостока — Ханшенвей и Сунька, которая Владивостоку роднее доброго десятка побратимов официальных. Офицерские мемуары старого Владивостока, моряцко-рыбацкие байки Владивостока советского, криминальные драмы 90-х — всё это мифология, где граф Муравьёв-Амурский соседствует с «третьей сменой», обшарпанные гостинки — с «Версалем» и вывернутой наизнанку подземной парковкой Fresh Plaza, гребешок — с «чокопаем», «кондитерская фабрика» — с кондитерской фабрикой, выпускающей шоколад с морской солью, «химка» — с контрабандным японским виски, а несортовые наважата, прозванные самураями, — с отчаянными джипиками Suzuki Samurai. Получается коктейль на любителя; предпочитаю оставаться таким любителем. Люди-мифы: лейтенант Шмидт; артист Юл Бриннер, родившийся здесь в 1920-м, и ра...

Владивосток возник буквально на пустом месте. На берегу залива Петра Великого до середины XIX века никто не жил. Неподалеку обитали родственники монголов и маньчжуров — племена удэгейцев и орочей. Уютную бухту обнаружила в 1859 году экспедиция генерал-губернатора Восточной Сибири Николая Муравьева-Амурского. «Великолепный порт! Отсюда и владеть Востоком!» — воскликнул генерал-губернатор, дав, по легенде, имя будущему городу, и приказал строить военный пост. Место оказалось подходящим — узкий проход между мысом Чуркин и полуостровом Эгершельда отлично простреливается с близлежащих сопок (самая высокая — 257 м). Первыми жителями будущего города стали семьи военных расположившегося здесь гарнизона. Как утверждается в исследовании одного местного социолога, среди них были не только русские, но и татары, чеченцы, немцы. Межэтнических конфликтов не возникало: люди приезжали служить. Вообще берега бухты Золотой Рог с их сопками куда лучше приспособлены для обороны, чем для жизни. Обычная к...