ПИШИТЕavatarabo@gmail.com    ЗВОНИТЕ:  ☎ WhatsApp +7 902 064 4380  (02:00 - 12:00 по Москве)    ОБРАЩАЙТЕСЬ: Skype papa-tron

§ Жопа Левиафана - где только люди не живут

  • 1 место в мире по экспорту углеводородов
  • 1 место в мире по объему экспорта необработанных алмазов
  • 1 место в мире по экспорту платины
  • 1 место в мире по разведанным запасам серебра
  • 1 место по совокупному эскпорту цветных металлов
  • 2 место в мире по разведанным запасам золота
  • 2 место в мире по экспорту вооружения
  • 3 место в мире по экспорту древесины
  • 4 место в мире по запасам циркониевого сырья
Зверь проглатывает меня. Потом все происходит очень быстро. Я миную решетку зубов, падаю на язык, ударяюсь о нёбо и бьюсь о голосовую щель, которая отправляет меня обратно на язык. Потом все останавливается. Я в полной темноте, кругом сыро и тихо. Отвратительно воняет гнилью и затхлостью. По слизистой оболочке течет странная маслянистая жидкость, которая облепляет со всех сторон. Я миную голосовую щель и скольжу по горлу. В пищеводе нет продуктов и не за за что ухватиться. Много историй связано с китами и Левиафаном. Мифологический полинезийский герой Нганоа спустился в желудок кита, чтобы спасти своих родителей. Похожая история рассказывается в сказке Карло Коллоди «Пиннокио». Библейский пророк Иона спасся благодаря киту. 

Надежда тщетна: не упадешь ли от одного взгляда его? Нет столь отважного, который осмелился бы потревожить его; кто же может устоять перед Моим лицем? Кто предварил Меня, чтобы Мне воздавать ему? под всем небом всё Моё. Не умолчу о членах его, о силе и красивой соразмерности их. Кто может открыть верх одежды его, кто подойдёт к двойным челюстям его? Кто может отворить двери лица его? круг зубов его — ужас; крепкие щиты его — великолепие; они скреплены как бы твёрдою печатью; один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними; один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются. От его чихания показывается свет; глаза у него как ресницы зари; из пасти его выходят пламенники, выскакивают огненные искры; из ноздрей его выходит дым, как из кипящего горшка или котла. Дыхание его раскаляет угли, и из пасти его выходит пламя. На шее его обитает сила, и перед ним бежит ужас. Мясистые части тела его сплочены между собою твёрдо, не дрогнут. Сердце его твёрдо, как камень, и жёстко, как нижний жернов. Когда он поднимается, силачи в страхе, совсем теряются от ужаса. Меч, коснувшийся его, не устоит, ни копьё, ни дротик, ни латы. Железо он считает за солому, медь — за гнилое дерево. Дождь лука не обратит его в бегство; пращные камни обращаются для него в плеву. Булава считается у него за соломину; свисту дротика он смеётся. Под ним острые камни, и он на острых камнях лежит в грязи. Он кипятит пучину, как котёл, и море претворяет в кипящую мазь; оставляет за собою светящуюся стезю; бездна кажется сединою. Нет на земле подобного ему; он сотворён бесстрашным; на всё высокое смотрит смело; он царь над всеми сынами гордости.


Ветхий Завет: Книга Иова 40:20—41:26


Мое путешествие заканчивается в огромном овальном зале, наполовину заполненном дымящейся жидкостью, из которой торчат ржавые желудочные выросты, похожие на небольшие острова. Что-то падают рядом со мной в желудочный сок, моментально растворяются. Боюсь, меня ждет такая же судьба. В центре этого смертоносного озера появляется водоворот, который неожиданно всасывает меня и отправляет в кишечник. Этот туннель более узкий, и здесь еще сильнее пахнет разложением, тленом и застоем. Я продолжаю продвигаться по пищеварительной системе, думая, как унизительно закончить свой путь в экскрементах. В туннеле я наталкиваюсь на другие предметы, обломки, человеческие скелеты (может быть, принадлежащие другим неудачливым чиновникам). Выход снизу более вероятен, чем сверху. Запах гниющей мрази становится все более невыносимым. Неожиданно я вижу в этой грязи силуэт человека.
– Кто здесь?
– Я, – отвечает голос.
– Ты кто?
Я здесь живу




10,6 раза – во столько обесценился российский рубль к доллару за последние 17 лет. В этом отношении Россия обогнала Венесуэлу (официальное обесценение боливара с 1998 г. 7,5 раза) и Нигерию (наира подешевела в 9,2 раза).

Численность школ в России
1991 — 69 700
2000 — 68 100
2015 — 44 100


«Газпром», национальное богатство России, стоит $49,7 млрд – ровно вдвое меньше, чем McDonald's, а «Роснефть» оценивается в $39,1 млрд – на 29% меньше той суммы, которую в 2013 году её управленцы выплатили за поглощение ТНК-ВР, ныне растворившейся. Все вместе взятые публично торгующиеся российские компании стоят меньше, чем в среднем каждая из трёх крупнейших компаний мира: Apple, Google, Mircosoft 

В России онкологические заболевания диагностируются на последней, 4-ой стадии, в 40,5% случаев, в США – в 7%, а в Японии – в 3,5%.

Численность больниц в России:
1990 — 12 800
2000 — 10 700
2013 — 5 900

24,2% – доля валового накопления в ВВП по итогам 2016 г. По сравнению с показателем Советского Союза середины 1980-х годов уровень снизился более чем вдвое. 

Минимальное пособие по уходу за ребёнком в возрасте до 1,5 лет: 2908 рублей в месяцМинимальный размер пособия по безработице в 2017 году: 850 рублей в месяц




– Как тебе удается выживать среди этого ужаса?
– Как, как... Благодаря ему, – с этими словами он протягивает мне какой-то цветок.
– Что это?
– Аленький цветочек. Ты его к сердцу прижми, легче станет.
Я делаю как он говорит, действительно, меня отпускает и на сердце становиться легче. 
– А почему нельзя просто сидеть у себя на фазенде и наблюдать RekLama о количестве перхоти в желудке левиафана. 
– Я здесь мир спасаю.
– Кого?
– Мир. Африканский принц, корейская девочка, воспитывающаяся в Японии отцом-японцем и матерью-кореянкой, маленький грек, они же все могут погибнуть. 
– Да?
– Да. А еще есть пакистанская девочка восьми лет, постоянно носящая паранжу, которую родители уже сосватали за богатого старика, лапландец-ипохондрик, увлекающийся охотой на тюленей, и полинезиец, который безо всякой причины смеется с утра до вечера и не хочет работать. Они все погибнут, если не получат точный прогноз о времени и силе землетрясений.
– Неплохой коктейль, - говорю я. Мне кажется, что никто не способен понять уровень сознания, когда сталкиваешся с сумасшедшим, или фанатиком, спасающим мир.
– А я верю в свою онлайн технологию. Не знаю почему, но, несмотря на все неудачи, я чувствую что победю. Или побежду? И потом, мне нравится эта страна… Япония.
– Вот как, а что ты знаешь об этой стране?
– Она расположена на перекрестке цивилизаций между Китаем, Россией и Америкой, и сумела создать свою замечательную культура, очень утонченную и метафоричную. 
Странно говорить о Японии в таком месте.
– Ты уже бывал там?
– Да, в Токио – столице, и в Осаке – крупном городе на побережье. Когда я был на воле, я много учился и жил в семье в Йокогаме. 
–  А я вот никогда не был дальше нашего райцентра. Расскажи мне еще о Японии. Ты знаешь историю этой страны?
– В древности, там была цивилизация белых людей, айнов, но в течение многих сотен лет она была порабощена выходцами с Китая и Кореи, которые практически уничтожили их культуру. Они потеряли веру, забыли язык. Когда после войны Япония была захвачена бледнолицыми американцами, айнов только через 60 лет признали самостоятельным народом.
– Понимаю. Это, должно быть, было ужасно.
– Да нет. Мы уже привыкли.

Обогнув остов рыбы величиной с кита, мы возвращаемся к печальной действительности.
– Все-таки… Я никогда не мог представить, что меня проглотит такое чудовище, – говорю я.– Это самец или самка?
– Ты можешь отличить матку от простаты? – спрашивает мой компаньон.
– Если бы я знал, что окажусь в роли крота, копошащегося в говне Левиафана…
– В этом и заключается принцип инициации: упасть, чтобы подняться, быть проглоченным, чтобы прославиться, убитым, чтобы возродиться.
Воздух вокруг становится более разреженным, и мне все тяжелее дышать. Проход сужается, я иду среди коричневых чумных червей толщиной с подушку. Из-за зловония я закрываю лицо.
– Вот мы и пришли.
– Это конец?
– Нет, конец в другой стороне. Видишь свет в конце тоннеля, это анус Левиафана.
– И как отсюда выбраться? 
– Здесь собираются разные экскременты. Когда масса достигает критического уровня, они начинают давить на контактные точки и нервные окончания. Подожди, скоро будет выброс.


Когда икра прет из всех отверстий

 Говорить токмо словами, а не по писанному, дабы дурь каждого (каждой) всем видна была.
Указ Петра I от 4 октября 1703 года

Милый мой русский иностранец, увезший на чужбину в узелочке таинственную страсть, которая побуждает его с упоением читать любую новость о том, как же тут у нас в России гадко, бесчеловечно, грязно, вонюче, глупо

— У вас тут все омерзительно! Как вы тут живете? Люди — не люди, а отбросы, еда гадкая, словно из старых ботинок сделана, вино пахнет хлоркой, полицейские чисто бандиты...
— Простите, я забыла, как вас зовут?
— Алекс меня зовут, я из Сан-Франсиско, — отвечает добрый малый.
— А что там у вас было с полицейскими? — растерянно спрашиваешь ты, не понимая толком, как поддержать эту светскую беседу.
— Да ничего. Но я читал. Можно быть в курсе, не выходя из дома, все-таки 21-й век, — и смотрит так высокомерно, словно это у него 21-й век, а у тебя какой-нибудь 19-й. В лучшем случае.
Добрый малый — русский иностранец.
— Как тут все изменилось! — охает он, но с неодобрением, разумеется. — Я ж уехал совсем крошкой, восемнадцать лет мне было.
Прикидываешь возраст. Ну, лет тридцать шесть.
— И что, семнадцать лет не были в России?
— Был два месяца назад. Я часто тут бываю. Дела, — подмигивает он.
Так подмигивает, что понимаешь — дела важные. Не чета твоим делам.
— Тут дела делать нельзя, — утверждает он. — С русскими невозможно работать.
— Так работайте с евреями, — советуешь ему от всего сердца. — Или с армянами. Выбор большой.
И он так смотрит на тебя, что взгляд прожигает душу.
— В этой стране никогда ничего не изменится, — сквозь зубы бормочет он фразу, после которой ты, конечно, падаешь в нокауте. Кодовая фраза. Все кивают головами, поют «Вихри враждебные».

Душат знакомую четыре квартиры в центре, дом на Николиной горе, счета в шести банках и приятели, которые минуту назад были рады ее видеть. Были рады до той секунды, пока она не решила объяснить, почему нас всех тут окружает говно. Почему наша жизнь — мрак и безысходность. Удивительная это порода — русский иностранец. Он может 20 лет жить в США, может три месяца греться на пляжах Италии — но будет ровно одинаково обозлен на свою старую родину, которая, мы все не сомневаемся, причинила ему некий загадочный, но очень сильный ущерб.

— Приезжаю — и задыхаюсь, — говорит знакомая, заехавшая из своей Марбельи. — Невозможно тут находиться, сразу все душит.
Объяснив, знакомая немедленно хочет в ресторан «Пушкин» — чтобы испить чашу страданий до дна. Все иностранцы хотят в «Пушкин» — и особенно русские, потому как знают, что там невыносимо дорого и невкусно, а в Испании такое вино стоит в пять раз дешевле (хоть они никогда дешевле не покупают), и что весь этот цирк с «милостивыми сударынями» — он стыдный, нелепый. Ты глядишь на нее, бедняжку, и понимаешь, что человеку черная икра не лезет в горло.

— Мне все говорят: ты не похожа на русскую! — с гордостью сообщает подружка, которая живет в Барселоне.

— Ну, наверное, потому что ты такая характерная еврейка? — предполагаю я.
И все. Обида навеки. Она «не похожа на русскую», потому что у нее вид современный, клевый... а не такой, как у этих ужасных русских, которые надевают лапти на голову.
— Здесь все через жопу! — возмущается она же тем, что хозяйка квартиры, снятой на Airbnb, опоздала на десять минут. — Что за люди?!

Я не решаюсь сказать, что в Барселоне хозяйка квартиры, которую я снимала, опоздала на 40 минут, не говорила по-английски (никто не говорит), запретила пользоваться второй комнатой (хотя снимали всю квартиру) и еще попыталась на 100 евро поднять цену. Да, а через неделю там рухнул потолок — и она не сделала за это ни малейшей скидки.

Если я поделюсь этой историей, то использую тактику Путина «а-вот-у-вас-в-америке-негров-линчевали» — и этим себя опозорю. Что в Барселоне разгильдяйство, то в России — порок системы. Только так.
— Ты, — говорят они мне, — смотришь на все через розовые очки. Прячешься от реальности.
И тут же: «На метро не поедем, там все эти ужасные люди. Они наверняка воняют и кусаются».
Но ты, москвич. Ты должен каждую секунду переживать страдания и разочарования, и каждый шаг по этой кровавой плитке должен причинять невыносимую боль.

Левиафан: ‎Андрея Звягинцева - смотреть филь


Эх, милый мой русский иностранец! Знакомый с «реальностью» по фейсбуку и фильмам Звягинцева. Увезший на чужбину в узелочке не только ключи от пяти комнат на Тверской (выгодно сданных в аренду богатой французской семье), но и таинственную страсть, которая побуждает его с упоением читать любую новость, любой комментарий о том, как же тут у нас в России гадко, бесчеловечно, грязно, вонюче, глупо.

Вот приехал знакомый, гражданин США в четвертом поколении, житель Калифорнии, известный телеоператор. Он так радуется. Москва такая красивая. Еда такая вкусная. Люди симпатичные. Он в восторге. Ну да, конечно, душа его американская не болит за всякий произвол, который у нас тут на каждом шагу. Ему пофигу — он ест и пьет, веселится, разглядывает исторические здания (ну, те, которые еще оленевод Собянин не снес, понятное дело). Но этому «дурачку» позволительно. Тем более он из Калифорнии, они там все не в себе.

Но ты, москвич, ты же в ловушке. В медвежьем таком капкане. Ты должен каждую секунду переживать страдания и разочарования, и каждый шаг по этой кровавой плитке должен причинять невыносимую боль.

— Да-а-а-а! — должен кричать ты. — Да мы тут все подыхаем от безнадеги, от бессилия, от отчаяния! Унесите фуа-гра, не могу его жрать, пока творится беспредел! Верните фуа-гра, буду есть давясь, назло себе! (И многие ведь кричат. Сама видела/слышала. Кричат, и глаза блестят, и румянец на щеках играет.)


Вот приезжает московский друг к русскому другу, который, допустим, уже лет пять живет в Берлине.

— Ну! — требует тот.
— Кошмар! Еще хуже! Было ужасно, стало ужаснее!
Экстаз. Единство душ.
— Ну, а ты чего? — подмигивает берлинский русский друг. — Не собираешься?
— Собираюсь... — печалится тот. — Но ипотека... Хотя доколе? Дальше будет хуже...
Заходит к ним, допустим, немецкий знакомый.
— Хочу в Москву съездить, — говорит. — Там вроде очень красиво.
— Ты что! С ума сошел?! Куда?! Зачем?! Там плитка! Плитка! У нас блогеров судят, геев убивают, Кремль уже сносят и делают там торговый центр, в воду психотропные подмешивают, в воздухе цианистый калий летает! Все хипстеры — агенты ФСБ!


Немецкий знакомый быстро смешивает вино с виски и уходит смотреть фильмы Звягинцева, понимая, что тот сильно преуменьшил. А русские друзья выдыхают — ну вот, спасли еще одну невинную душу. Он все же забудется нервным сном — и приснится ему, как на оленях утром ранним мчится ненавистный оленевод, а по его пути в окнах появляются образы Путина и Кадырова — мол, мы свои, не трогайте нас

Московский друг по доброй привычке за три недели задумывается, как вернется в эту душную страну, в этот невыносимый город, и увидит этих злых таможенных офицеров в Шереметьево, и вдохнет отравленный воздух, и не поедет на поезде, а поедет на такси, чтобы на своей шкуре опять испытать многочасовые пробки, и потом не заснет, потому что под окнами его квартиры на Петровке все копают и все бурят...  И на душе у него, знаете, становится тепло, потому что он живо воображает, как будет лежать в своей кроватке ар-нуво и сравнивать, как «у них» и как «у нас», и так ему станет тревожно, так невыносимо, что он все же забудется нервным сном — и приснится ему, как на оленях утром ранним мчится ненавистный оленевод, а по его пути в окнах появляются образы Путина и Кадырова — мол, мы свои, не трогайте нас.


Он проснется и подумает сладострастно: «Довели уж совсем...», а утром слегка несвежий пойдет на свою работу в «Газпром» и будет там думать, где же ему провести грядущий отпуск — в Монтре или, как обычно, на Сицилии. Да где угодно, хоть в Майами, лишь бы подальше от всего этого!




Средний доход на семью в г. Москва: 140.000 руб. в месяц

82% – уровень одобрения деятельности
Владимира Путина на посту президента РФ весной 2017

И действительно, через какое-то время стенки начинают сокращаться, раздвигаются и я вылетаю наружу. Всеми силами стараясь выбраться на поверхность, я проклинаю мифологию, все легенды и всех водящихся там чудовищ: Левиафана, сирен, химер, мороков, больших и маленьких крыс. Но мне удалось выбраться, я спасен. И аленький цветочек со мной.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Сообщение формы создания комментариев

Кто ищет, тот всегда найдет