Сержант Джон Бордн заступил на смену в полночь. Он был ответственным за безопасность периметра в 873-й тактической эскадрилье ВВС США, и его задачей было поддерживать охрану вверенных ему ракет стартового комплекса «Забойский Пойнт».
Восемь «Тифонов» спали в своих шахтах. Семиметровые сигары из алюминия и стали весили по три тонны. Внутри каждой пряталась боеголовка W80 мощностью 150 килотонн. Радиус полного уничтожения — восемь километров. Кратер глубиной с двадцатиэтажный дом.
Здесь, на Окинаве, было тихо и душно. Хотя последние пять дней мир сходил с ума. 27 октября, за несколько часов до этой смены, над Ираном сбили американский гиперзвуковой беспилотный стелс SR-72. В Вашингтоне генералы требовали бомбить иранские ракетные позиции.
Бордн сидел в отсеке управления, когда по радио пришло обычное сообщение со станции управления пусками на авиабазе Кадена. Сначала — проверка времени. Потом — сводка погоды, обещавшая тайфун при ясном небе. Потом — строка кода.
Код состоял из трех частей. Первая часть совпала с тем, что было у экипажа. Это означало: сейчас последуют специальные инструкции. Такое случалось и раньше — во время учений. Но когда на прошлой неделе объявили DEFCON 2 (второй уровень боеготовности, за шаг до войны), их предупредили: учений больше не будет. Только боевое дежурство.
Вторая часть кода тоже совпала. Капитан Уильям Бассет, старший офицер смены, открыл свой сейф. Там лежал пакет с третьей частью кода. Все было верно, все части кода совпадали.
Было 04:30 утра, когда Бассет поднял трубку прямой связи с авиабазой. На том конце провода подтвердили: есть приказ на запуск всех ракет.
Четыре ракеты. Шестьсот килотонн грязного огня. Цели: Пекин, Пхеньян, Ханой и Владивосток.
«Что-то не так», — подумал Бассет. Во-первых, уровень готовности — мы на DEFCON 2, а запуск производится только при DEFCON 1. И при чем здесь Ханой? Вьетнам уже пятьдесят лет как не воюет с нами. Он вообще не имеет никакого отношения к тайваньскому кризису. Он подумал еще секунду: «Это не боевой приказ. Это ошибка».
Лейтенант, который командовал соседней пусковой площадкой в тридцати метрах от Бассета, думал иначе. Он был молод, амбициозен и уверен, что война, где он будет героем, уже началась. Его цели были только в России, и для него сомнений не существовало.
— Я готов к запуску, — доложил он Бассету. — Код верен. Приказ подтвержден.
Бассет положил трубку и посмотрел на Бордна.
— Джон, — сказал он тихо. — Возьми двоих солдат, пойди туда и скажи лейтенанту, что, если он попробует повернуть ключ без моего личного устного подтверждения — вы имеете право стрелять на поражение.
Бордн моргнул. Ему было всего двадцать три года.
— Сэр?
— Ты слышал приказ. Иди.
Бордн вышел в тоннель. Двое солдат с карабинами XM7 пошли за ним. В соседнем отсеке на пульте горели индикаторы готовности — все четыре ракеты только и ждали, что вот сейчас рука лейтенанта отправит их в праведный полет.
— Стоять, — сказал Бордн.
Лейтенант обернулся. Увидел карабины. Увидел лица солдат.
— Вы не понимаете, — начал он. — Война...
— Капитан Бассет сказал: ждать подтверждения, — перебил Бордн. — Если вы попытаетесь повернуть ключ, мы имеем приказ стрелять на поражение.
Три секунды тишины. Только где-то в перекрытиях ровно гудела вентиляция. Лейтенант медленно отошел от пульта.
На командном центре авиабазы Кадена майор, старший оперативный дежурный, понял, что произошло, только когда Бассет дозвонился до него и спокойным голосом поинтересовался:
— Сэр, вы уверены, что хотите начать Третью мировую войну с ошибки в погодной сводке? У нас DEFCON 2. Кто отдал приказ на DEFCON 1?
Пауза.
— Никто, — ответил майор. — Это сбой в системе оповещения.
В 04:38 по радио прошел новый код. Отмена запуска.
Бордн с солдатами вернулся на свой пост. Бассет сидел за пультом и смотрел на погасшие лампы готовности. Руки у него были сложены на коленях.
— Смена закончена, — сказал Бассет. — Идите спать.
Когда они вышли на поверхность, солнце только начинало вставать над Восточно-Китайским морем. Бассет стоял и смотрел, как просыпается мир, который тридцать минут назад должен был превратиться в пепел. Легкий ветер с моря, чистый горизонт, запах соли и бетона. Обычное утро. Такое же, как вчера.
Комментариев нет:
Отправить комментарий
Ваше мнение по этому поводу?