воскресенье, 5 ноября 2017 г.

Поздравлений с Новым годом. Космическая среда

Прямые эфиры из космоса, жизнь космонавтов на орбите и на Земле, новости о последних разработках российской космонавтики и история покорения Вселенной - в предновогоднем новогоднем выпуске - "Космическая среда". Гости программы:

  • Федор Николаевич Юрчихин - летчик-космонавт Российской Федерации, Герой Российской Федерации;
  • Анатолий Николаевич Перминов - руководитель Федерального космического агентства;
  • Алексей Архипович Леонов – летчик-космонавт, первый человек, вышедший в открытый космос, дважды Герой Советского Союза;
  • Светлана Евгеньевна Савицкая - космонавт, вторая женщина-космонавт в мире, первая в мире женщина-космонавт, вышедшая в открытый космос, дважды Герой Советского Союза;
  • Георгий Михайлович Гречко - летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза;
  • Владимир Алексеевич Соловьев - летчик-космонавт, первый заместитель генерального конструктора ракетно-космической корпорации "Энергия", руководитель полета российского сегмента МКС, дважды Герой Советского Союза;
  • Олег Дмитриевич Бакланов - Герой Социалистического труда, министр общего машиностроения СССР в 1983-1988 годах, один из создателей "Бурана";
  • Рене Пешель - глава представительства Европейского космического агентства в России;
  • Анатолий Михайлович Черепащук – астрофизик, доктор физико-математических наук, профессор, академик РАН, директор Государственного астрономического института имени Штернберга;
  • Владимир Георгиевич Сурдин – астрофизик, старший научный сотрудник Государственного астрономического института имени Штернберга;
  • Андрей Валерьевич Иванов - ведущий сотрудник Института геохимии и аналитической химии имени Вернадского (ГЕОХИ) Российской академии наук, доктор геолого-минералогических наук;
  • Ростислав Борисович Богдашевский - старший научный сотрудник Центра подготовки космонавтов имени Гагарина, врач-психолог;
  • Иов – игумен, насельник Троице-Сергиевой лавры.
  • Ведущая – Мария Кулаковская.




Кулаковская: В эфире – пятьдесят второй выпуск нашей программы, выходящей по средам "Космическая среда". Нам исполнился год. За это время у нас в гостях побывали десятки космонавтов, ученых, конструкторов, испытателей, чиновников самого высокого ранга. Все те, кто имеет непосредственное отношение к космосу, кто делал первые шаги, закладывал будущее. Если сложить все наши программы, получатся сутки интереснейших интервью. Но, к сожалению, 24 часа преобразовать в 24 минуты невозможно даже в космосе. Мы выбрали из них тринадцать. Это было сложно, но главное, что мы достигли консенсуса. И некоторые фрагменты предлагаем вашему вниманию. Откроет этот выпуск Федор Юрчихин, который, даже находясь на борту МКС, рад пообщаться с нами. Первое эксклюзивное интервью Zvezdolet TV с Международной космической станцией состоялось в рамках нашей программы 22 сентября этого года. Федор Николаевич, здравствуйте!
Юрчихин: Добрый день, Маша.
Кулаковская: Судя по вашему голосу, настроение и здоровье экипажа в полном порядке.
Юрчихин: В абсолютном. Прямо-таки космическое здоровье. Каждый день складывается из своих нюансов. Очень много интересных работ. Миша сейчас работает с нашим главбоксом. Это новый научный прибор, который пришел к нам. Я очень много работал по геофизике. Сейчас новые задания по геофизике, по исследованию программы "Ураган". Она достаточно обширная. Кстати, в нее как раз и входит наблюдение за пожарами, ураганами, тайфунами, за разливом нефти, в том числе в акваториях наших морей. Каждый день много интересного.
Кулаковская: Федор Николаевич, помимо основной работы, сколько фотографий вы уже успели сделать? Хватит на новую выставку?
Юрчихин: Много. Хватит. Даже с избытком. Я могу сказать, что фотография - настолько увлекательное занятие, вы даже себе не представляете! Потихонечку и наши американские партнеры этим увлеклись. Например, полярное сияние над Южный полюсом было просто... Вы представляете, какое?! И Саша Скворцов сделал настолько замечательный снимок! У него в одном снимке соединилось и полярное сияние, и Луна, и отражение Луны на воде, представляете?
Кулаковская: Сложно представить.
Юрчихин: Снимок получился просто фантастическим!

Кулаковская: А пока я с нетерпением жду возвращения Федора на Землю. Это случится в самое ближайшее время. Я очень надеюсь, что сразу же после периода адаптации он продолжит работу в нашей программе. А пока его не было, я времени зря не теряла. Я пыталась узнать, как становятся космонавтами, и пригласила в студию старшего научного сотрудника Центра подготовки космонавтов имени Гагарина, врача-психолога Ростислава Богдашевского, который рассказал, как происходит отбор в отряд космонавтов.
Богдашевский: Обязательные условия для прохождения ныне отборной комиссии - это очень жесткий метод, который мы применяем. Трое суток бессонницы при выполнении жестко регламентированной работы.
Кулаковская: Это возможно?
Богдашевский: Так называемый режим непрерывной деятельности.
Кулаковская: Это реально?
Богдашевский: Реально. А как же! Все космонавты последних наборов проходят очень серьезную функциональную пробу на нервно-психическую устойчивость человека. Раньше мы это делали только для военных космонавтов. Эта проба имеет, конечно, и диагностическое значение. В результате пробы человек получает уверенность в себе. Одно из самых главных свойств космонавта - это самостоятельное знание самого себя и уверенность в себе. И вся система подготовки дает ему такую уверенность.
Кулаковская: А сколько они спят после такого эксперимента?
Богдашевский: Это вопрос интересный, закономерный. Но спать вволю мы им тоже не даем, ограничиваем. Но десять часов после семидесятидвухчасового режима непрерывной деятельности космонавт спит. После этого мы ведем его на центрифугу, и он должен осуществить пуск с орбиты.
Кулаковская: Мне уже расхотелось быть космонавтом.
Богдашевский: Это очень сильная, очень мощная проба на прочность человека во всех его ипостасях и на всяческих уровня: начиная, грубо говоря, микроскопическим и клеточным и кончая мировоззрением, морально-нравственным, душевным, духовным, интеллектуальным и другими состояниями человека.

Кулаковская: Вопросы противоречия религии и науки мы обсуждали с насельником Троице-Сергиевой Лавры, игуменом Иовом. Батюшка с детства мечтал стать космонавтом, клеил макеты ракет, рассматривал в телескоп звезды. Но судьба сложилась иначе. Однако он не оставил свое увлечение. Сейчас он духовник многих наших космонавтов, часто присутствует на их тренировках. А однажды даже сам испытал состояние невесомости и поделился с нами своими впечатлениями.
Иов: Я летал, как птица - и под потолок, и с потолка. Потом одел скафандр "Сокол", пытался пить воду. Вода тоже летает - в шарах. Бутылки летают. Все летает. И я летаю вместе с этими бутылками, водой. Просто удивляешься Божьей премудрости, как Господь создал этот мир. Считается, что гравитация только около некоторых планет или каких-то звездных систем. А вообще, вся Вселенная, все пространство находится в невесомости. Поэтому, конечно, было интересно.
Иногда надо мной даже подсмеивались, спрашивали: "А зачем тебе это нужно?". У апостола Павла есть замечательные слова: "Для иудея я был как иудей, чтобы приобрести иудея. Для подзаконных я был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных. Для чуждых закона я был как чужд закона, не будучи чужд закона пред Богом, но подзаконен Христу. Для всех я сделался всем, чтобы приобрести по крайней мере некоторых. Это я делал для Евангелия, чтобы быть соучастником ему".
То есть, это именно для того, чтобы показать, что деятельность ребят, которые создают эту технику, воплощают ее в жизнь, не противоречит вере в Бога. Если будут верить в Бога, то вера поможет им развить технику, чтобы исследовать удивительный мир, который создал Творец и еще больше свое сердце направить к Богу.


Кулаковская: С первым человеком, вышедшим в открытый космос, дважды Героем Советского Союза, летчиком-космонавтом Алексеем Леоновым мы вспоминали одну из героических страниц в истории космонавтики - первую стыковку на орбите кораблей "Союз" и "Аполлон".
Леонов: По программе мы должны были открыть люки над Москвой ровно во столько-то часов столько-то минут и секунд, пожать друг другу руки. После этого Томас Стаффорд должен был перейти в наш корабль, за ним – Дональд Слейтон. И вдруг я даже не знаю почему, но я это сделал на 30 минут раньше. И все это произошло не над Москвой, а над Эльбой. До сих пор я не могу ответить на этот вопрос, где я ужал время.
Но получился, конечно, удивительный символ. И когда мы пролетали над Москвой, нам передавали: "Мы вас хорошо наблюдаем, включайте камеры, начинайте переход". А мы отвечаем: "Да нет, мы уже сидим за столом". Но победителей не судят. Тридцать лет спустя встреча над Эльбой - такой большой был праздник!
Кулаковская: Алексей Архипович, нам всем известно, что у вас необыкновенное чувство юмора. О ваших розыгрышах ходят легенды. Говорят о том, что вы разыгрывали американцев на борту, предложив им попробовать водку в тюбиках на орбите.
Леонов: Действительно было так. Я на Земле все приготовил. Я набрал этикеток (водка "Столичная", "Русская", "Московская", "Юбилейная") и после выхода на орбиту достал тубы с борщем и наклеил на них эти этикетки. И когда мы сели за стол, я достаю эти тубы и раздаю каждому и себе беру.
Слава Богу, они уже это понимали, что написано "водка", что это пить нельзя. Они говорят: "Это очень опасно". Я говорю: "Согласно нашим традициям вы должны выпить, прежде чем есть". Они открывают, чин-чин, как положено, начинают пить, и… это оказался борщ. Конечно, было и смешно, и обидно. Они говорят: "Мы с таким риском пошли на это, настроились". Но интересно, что до сих пор никто не верит, что мы пили именно борщ.

Кулаковская: Не один раз в нашем эфире мы говорили о советской лунной программе. Не забыли отметить и 40 лет с того дня, когда советская станция "Луна-16" доставила на Землю 101 грамм лунного вещества. Кстати, его научная ценность была не менее велика, чем американских, поскольку образцы были взяты в районе Моря Изобилия, изрядно удаленном от мест посадки двух "Аполлонов". Таким образом, СССР наравне с США смог участвовать в непосредственных исследованиях лунного грунта.
Изучать регалит было поручено геохимикам Института геохимии и аналитической химии имени Вернадского (ГЕОХИ) Российской академии наук. В гостях у нашей программы был один из ведущих сотрудников ГЕОХИ РАН Андрей Иванов, который своими руками вскрывал капсулу с лунным веществом. И, кстати говоря, сделал это так, что авторитетные американские коллеги, осмотрев и оценив советские образцы, потребовали показать эти руки.
Иванов: Вещество "Луны-16" - это темно-серое мелкое вещество с отдельными кусочками, кристалликами, более крупными, размером примерно до трех, максимум пяти, миллиметров. Одно из самых интересных воспоминаний, чисто эмоциональных. Первые дни мы работали очень интенсивно. Мы - это команда из четырех человек: Кирилл Павлович Флоренский, Лев Сергеевич Тарасов, Юрий Иванович Стахеев и я. Мы редко уходили раньше 12 часов. А в первый день, по-моему, мы вышли уже после 2:00. Была прекрасная погода, абсолютно безоблачное небо, и Луна стояла прямо над нашим институтом. Это было какое-то шоковое впечатление, ощущение. Представляете, вот только что мы работали буквально на расстоянии вытянутой руки, а сейчас - подняли глаза - вот оттуда. Мы хорошо представляли, где была точка забора пробы.
Кулаковская: То есть, достали до Луны в буквальном смысле?
Иванов: Вот это я запомнил.

Кулаковская: С дважды Героем Советского Союза, летчиком-космонавтом СССР Георгием Михайловичем Гречко мы открывали тайны Тунгусского метеорита.
Гречко: Мы провели тысячи различных проб, измерений, и самое главное, что мы поняли о Тунгусском метеорите, так это то, что это был не метеорит. Этим взрывом были вырваны с корнем миллионы деревьев. Они лежали верхушками наружу, а корнями внутрь. Если идти в ту точку, где пересекаются все эти корни, куда они направлены, - это эпицентр взрыва. Там остались растущие деревья. Это о чем говорит? Что это был не метеорит, который врезался в Землю. Он взорвался над Землей. И поэтому волна, пришедшая сверху, не повалила деревья в эпицентре, а только обломала сучки.
Наша экспедиция на сто процентов доказала (хотя и раньше были подозрения), что это был не метеорит. Первый фантаст Казанцев сказал, что это был космический корабль, который летел к нам, по-моему, с Марса, но перед этим преследовал Венеру и поэтому прилетел именно 30 июня 1908 года. Были и другие исследования. А вот на ваш простенький такой вопрос "Что же это было?" есть около ста ответов.

Кулаковская: Однажды гостем программы стал известный астрофизик, сотрудник Государственного астрономического института имени Штернберга Владимир Сурдин, чье хобби - расследование сообщений о неопознанных летающих объектах. Некоторыми из них Владимир Георгиевич поделился с нашими радиослушателями.
Сурдин: Я считаю себя профессионалом, но бывает, что и меня обманывают какие-то ситуации и на дневном, и на ночном небе. Несколько лет назад, гуляя с маленькой дочкой по нашему микрорайону, я вдруг увидел на небе НЛО. Уж сколько я книжки и статьи писал - тем не менее.
Кулаковская: Как оно выглядело?
Сурдин: Переливающиеся шары. Сначала по небу плыл один, за ним - второй, потом - целая эскадрилья этих странно сверкающих, матовых, чуть-чуть блестящих шаров. Знаете, чем это оказалось?
Кулаковская: Я один раз видела нечто подобное, но это был пожар в далекой деревне.
Сурдин: А то, что я увидел, - это мальчишка на балконе соседнего дома пускал мыльные пузыри. Он был профессионалом: пузыри не лопались в течение нескольких минут!
Кулаковская: А сейчас такие есть. Таких огромных размеров.
Сурдин: Всегда можно увидеть что-то неожиданное. Конечно, такое примитивное объяснение не очень интересно для газет и телевидения. Очень хочется, чтобы в конце концов к Земле приблизилась настоящая летающая тарелка и оттуда вышли братья по разуму на контакт с нами. Пожалуй, на это уже нет надежды. То, что мы знаем о расстоянии до звезд, о населенности планет у других звезд, мне кажется, не дает шансов на такие прямые визиты.

Кулаковская: О темной энергии и темной материи, черных дырах и туннелях во времени, о пространстве, которое ученые называют кротовыми норами, нам рассказал академик Российской академии наук, директор Государственного астрономического института имени Штернберга Анатолий Черепащук.
Черепащук: Представим себе, что у нас был большой взрыв, начальный. Вся материя получила начальный импульс начинать быстро расширяться. Но она должна расширяться с замедлением, потому что взаимное тяготение объектов тормозит это расширение. А Вселенная на самом деле реально расширяется с ускорением. То есть, пространство Вселенной заполнено новой формой материи (ее называют темной энергией), которая обладает антигравитацией.

Поскольку открыта такая форма материи, то, естественно, вначале, когда наша Вселенная только формировалась, могли формироваться как первичные черные дыры, так и кротовые норы. В природе есть экзотическая материя. И сейчас вопрос о существовании кротовых нор встал уже на практическую основу.
Мы можем ожидать, что, скорее всего, кротовые норы - это не есть артефакт теории, а это реальные объекты, которые надо искать. Кротовые норы могут существовать теоретически. И сейчас единственный вопрос - доказать их устойчивость. Возникает вопрос: если попали внутрь кротовой норы и своим гравитационным полем туда внесли возмущение, не приведет ли это к тому, что "кротовая нора" хлопнется в черную дыру? Это весьма вероятно, потому что "кротовая нора" сидит на пороховой бочке. Надо доказать, что "кротовые норы" устойчивы по отношению к малым возмущениям. Вот сейчас астрофизики этим занимаются очень интенсивно.

Кулаковская: Международный женский день мы отметили со Светланой Савицкой. Это легендарная женщина отечественной космонавтики, дважды побывавшая на орбите. Она первой из представительниц прекрасного пола вышла в открытый космос. Одна из всего лишь трех советских женщин-космонавтов нам рассказала, какие препятствия ей пришлось преодолеть на пути к звездным вершинам.
Савицкая: Они на каждом углу говорили: "Это не женское дело. У нас была одна-единственная - и хватит! И замечательно!" Кому ж охота отдавать? Ведь корабли были на счет. Между собой-то всегда конкурировали, а тут еще женщине место отдавай. Они с удовольствием подхватили идею, что это не женское место. Это серьезно. И особенно ВВС. Это был последний оплот, который упал перед Глушко.
Даже если было постановление правительства, они все равно делали, но они старались сделать так, чтобы все-таки загубить на корню. Кстати, уже после моего первого полета некоторые дальнейшие вопросы они кое-где сыграли. Например, моя дублер Ира Пронина не полетела после меня через несколько месяцев. Должна была полететь, но они за месяц умудрились ее снять с полета.
Они были уверены, что меня особо не вышибешь, меня нельзя было просто так сожрать. Пытались в процессе подготовки то одно, то другое. Но знала, как можно отбрить одного, другого. Эта школа уже была пройдена. Я уже до этого прошла огонь и воду.
Кулаковская: После этого вы полетели второй раз. Как это получилось?
Савицкая: Таких близких перспектив, что я полечу, не было. Осенью 1983 года летаю на аэродроме, прилетаю, заруливаю, и вдруг бежит ко мне механик: "Скорей! Пока ты летала, звонили. Тебя срочно вызывают к замминистра Шишкину Олегу Николаевичу". Что случилось? Я выпрыгнула из машины и помчалась. "Завтра ж можно было, – говорю. - С самолета чуть не вытащили". А он говорит: "У нас есть информация, что в следующем году американцы отправляют женский экипаж (по-моему, две женщины). Выход в открытый космос".
Кулаковская: Давайте их опередим?
Савицкая: Он мне говорит: "Как думаешь, а мы сможем?". "Так я ж говорила, предлагала. Конечно, можно. А как? А успеем?". "Надо начинать формировать экипаж и готовиться". Поэтому меня и поставили на второй полет.

Кулаковская: Миссия "Энергия - Буран" - до сих пор единственная в истории мировой космонавтики автоматическая посадка космического корабля многоразового использования. Этот факт вошел даже в Книгу рекордов Гиннесса. Как на самом деле осуществлялось управление "Бураном", рассказал Герой Социалистического труда, министр общего машиностроения СССР 1983-1988 годов, один из создателей "Бурана" Олег Бакланов.
Бакланов: Когда мы учили "птичку", то есть сам "Буран", посадке, то мы использовали авторитет и опыт высококлассного летчика. Тогда главным испытателем был Игорь Волк. Был специальный отряд космонавтов. И они как летчики, патриотично настроенные герои доказывали, что только человек может посадить "птичку" вручную - то, что делают американцы до сих пор. Мы же поставили королевскую идею, что человек в космосе - бог. И он может вмешиваться в посадку, только если будет экстремальная ситуация. И мы добились, мы посадили нашу первую "птичку" "Буран" в автоматическом режиме. Как это делали? Был сделан Ту-154, который по своим летным характеристикам был доведен до "Бурана", а летные характеристики очень тяжелые. Он мог и в космосе работать, и, как самолет, садиться.
Волк делал все эволюции, которые были уже наработаны за счет его таланта. А все движения записывались в цифре в вычислительный комплекс. И потом уже он бог, он научил автоматику садиться за счет того, что оцифровали все его движения, все его помыслы. Это было очень интересное решение. Мы это дело прошли.

Кулаковская: В октябре российский Центр управления полетами отмечал полувековой юбилей. Об истории становления ЦУП нам рассказал первый заместитель генерального конструктора РКК "Энергия", руководитель полета российского сегмента МКС, дважды Герой Советского Союза, летчик-космонавт Владимир Соловьев. Он приоткрыл нам некоторые тайны одного из самых закрытых предприятий "Роскосмоса".
Соловьев: Разработчики бортовых систем кораблей, станций на какое-то время оставляли свою работу, проектирование, испытания. Сначала выбирались на "Байконур", где проводили наземные испытания, затем пуск, и после пуска самолет летел прямо с "Байконура" в Евпаторию. На "Байконуре" специалисты довольно неплохо зарабатывали. Были какие-то коэффициенты - получали деньги. А потом летели в Евпаторию. В Евпатории было море, солнце, замечательное сухое вино. Город Евпатория тогда называли Южноминусинск, потому что он на Юге и довольно здорово снижал содержимое наших карманов.
В начале семидесятых годов, когда родилась идея создать Центр управления полетами под Москвой, конечно, огромную роль сыграл Алексей Станиславович Елисеев. Он стоял у основ создания совершенно специализированной службы, которая была, как сейчас говорят, заточена именно на то, чтобы вести летно-космические испытания, а в дальнейшем и эксплуатацию того, что было создано. В Центре управления полетами, как мы часто говорим, нужны живые мозги. Я обратил внимание, что сотрудник смены, который заходит в зал управления, первым делом смотрит на время.
Кулаковская: Которое бежит назад?
Соловьев: Сколько ему осталось до сеанса связи. И, с другой стороны, когда идет какая-то активная деятельность, и сеанс связи заканчивается, остаются сначала десятки минут, потом минуты, потом секунды. Тут проявляется своеобразный драматизм, когда что-то не получается, что-то не успеваешь. Кстати, очень важно увидеть и погасить этот драматизм.Как говорил Райкин, народ на пожаре гибнет не от огня и дыма, а от паники. У нас есть закон: не бегай по ЦУПу. Если побежишь - многие подумают, что что-то произошло.



Кулаковская: О совместных планах "Роскосмоса" и Европейского космического агентства (а их немало: это и строительство стартовой площадки для ракет "Союз" на европейском космодроме во Французской Гвиане, и международный эксперимент "Марс-500", и совместные научно-астрономические исследования) рассказал глава постоянного представительства ЕКА в России господин Рене Пешель. ЕКА тоже отметило свой юбилей - 35 лет. Надо отметить, что беседа проходила на русском языке, в конце которой Рене Пешель признался, откуда так хорошо знает русский язык.
Пешель: Я учился тогда в Советском Союзе, в Харькове. Я учил математику. А в космос меня привела работа после университета. Я работал в Институте космических исследований. А в девяностые годы имел счастье участвовать в работе в кооперации с Россией по некоторым проектам. В этом довольно широкое участие принимали европейские страны.
Моя родная Германия участвовала с камерой высокого разрешения. Это была довольно тесная кооперация. К сожалению, этот проект не был создан. После этого я был послан работать в центр ЕКА в Голландии. В начале прошлого года я занял пост главы представительства Европейского космического агентства.

Кулаковская: Нам очень приятно, что, несмотря на такой детский возраст, у нашей программы уже сложились свои традиции. Итоги уходящего года мы подводили и будем подводить с главой "Роскосмоса" Анатолием Перминовым. Руководитель Федерального космического агентства находит время для того, чтобы не только ответить нам на серьезные вопросы, но и рассказать о неформальной стороне своей нелегкой, ответственной и необходимой работы.
Анатолий Николаевич, говорят, что порой космонавты звонят вам с орбиты по мобильному телефону даже ночью. В новогоднюю ночь вы будете ждать поздравления с орбиты? И сколько раз? Ведь космонавты встретят Новый год 16 раз.
Перминов: Я никогда не обижаюсь на такие звонки, потому что они иногда путают день и ночь там и здесь. Когда человек один находится в корабле и звонит, значит, этот звонок ему необходим. И я всегда с ним буду говорить. Во-первых, это обращение ко мне говорит о том, что он уважает меня, понимает, что я приму какие-то меры. Во-вторых, я скажу ему свое мнение, чтобы не вывести его из строя.
Кулаковская: Это говорит о доверии.
Перминов: Да, это говорит о доверии. Но я всегда провожаю каждого космонавта с запуском. Я им всегда говорю: "Звоните". Ситуации бывают очень разные, сложные, непонятные. Конечно, в техническом плане я не помогу, потому что всех систем на корабле досконально я не знаю. Они лучше меня знают. Но какой-то житейский совет обязательно дам. Даже если вопрос носит провокационный характер.
Кулаковская: Что касается Нового года, кто кому будет звонить? Вы на орбиту, или они вам?
Перминов: Вообще, мы с Дедом Морозом поздравили их. Это официальная часть. Они обалдели, сколько было народу, нарадовались. Все их поздравляли. Я им посоветовал просто: "Я не думаю, что вы 16 раз будете отмечать. Но 3-4 раза - понятно, а потом надо и отдыхать".

Кулаковская: Время летит быстро. Уже совсем скоро Анатолий Николаевич будет поздравлять нас с наступающим 2011 годом. На этом, к сожалению, наша программа подошла к концу. Я от всего сердца поздравляю с первым днем рождения программы моих коллег из "Роскосмоса", героев невидимого фронта Александра Островского, Юрия Рубцова, Максима Фалилеева. Я говорю вам большое спасибо за оказанную мне честь работать с вами вместе. Но самое главное, что я поняла за этот год, что наша программа пользуется популярностью. Я благодарю вас за ваши звонки и письма, за проявленный интерес к космосу. Напомню, что все интервью вы можете прочитать и послушать на сайтах студии "Роскосмос". "Космическая среда" вступает в свою новую фазу. Скучно не будет, будет еще интересней. Оставайтесь с нами. Встретимся через неделю. Всего самого звездного!

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Есть комментарий? - Пиши.

Популярное за неделю

ПИШИТЕ: avatarabo@gmail.com  ЗВОНИТЕ: ☎ WhatsApp +7 902 064 4380 (02:00 - 15:00 по Москве)   ОБРАЩАЙТЕСЬ: Skype papa-tron