Японские подгузники оптом и в розницу, вчера и завтра


Много лет назад, когда мы сидели еще всей бандой в офисе, к нам приходили странные, плохо одетые люди, от которых пахло алкоголем, представлялись, что занимаются детскими товарами из Японии (причем каждый из визитеров, утверждал что он, самый главный в этом направлении) и просили привезти японских подгузников. Когда это случилось в первый раз я смеялся и говорил: «Ребята, очнитесь, где я и где подгузники? Мы занимаемся машинами, а не торговлей всякого барахла из Японии». Без ложной скромности, мы тогда уже были заметными ребятами на автомобильном небосклоне. Когда это случилось второй раз, я разозлился, а когда пришли ходоки в третий раз, причем это была публика, не та, что веселила меня в первый раз, и не та, что злила меня во второй – я задумался. Мы стали наводить справки.

Мы пытались понять, почему народ идет к нам и почему они не могут купить напрямую и что такого волшебного в тех детских подгузниках? Их что, создают девственницы в лунную ночь и потому это такой ценный товар? Мы подняли связи и стали мучить вопросами наших друзей в Японии. Выяснили: товар остродефицитный, купить напрямую его невозможно, надо иметь очень мощные связи в Японии и потребность его на рынке крайне велика и, если быть, точным в формулировках, то близка к ажиотажу. Вначале, поскольку, мы были на тот момент очень далеки от детской темы, то я относился ко всему этому с изрядной долей скепсиса, но чем больше мы погружались в эту тему, тем становилось все интереснее и интереснее. Спустя много времени, я узнал, что имеет место быть громадный рынок, что там идут настоящие бизнес - войны, что там крутятся миллиарды, что значимость каждой новой коллекция оказывает на рынок гораздо большее влияние, чем скажем новая коллекция какого-нибудь модного дома. Последней каплей для меня был телефонный разговор с моим партнером в столице:
- А что это за тема с японскими подгузами и чем они так хороши и отличаются от наших? …
Он ответил просто:
-Понимаешь, наши по сравнению с японскими, такое ощущение, что сделаны из фанеры. Мы, тут своих детей в русское не одеваем. Только, сделанное японцами для японских детей.
В общем, спустя, какое то время мы стали поставлять контейнера с детской гигиеной по заказам тех самых плохо одетых товарищей, и еще чуть позже, глядя на нездоровый блеск в глазах наших новых партнеров, которые требовали все больше и больше товара, привезли несколько контейнеров для собственной продажи внутри России. Помню, хранили еще хрен знает где - в каком-то бомбоубежище на окраине. Это потом уже появились правильные склады, а тогда самое верное и надежное хранилище были именно бомбоубежища. Такая вот чудная реинкарнация, и пусть отход от первоначальной функции сохранения людских жизни был весьма неожиданный по сути, но при этом чрезвычайно эффективный в складском деле. Когда кладовщик запирал входную стальную дверь 30 см толщины, габариты которой позволяли въехать внутрь легкому грузовику, то можно было быть спокойным- с коробками точно ничего не произойдет. Лишь бы ничего не случилось с держателем ключей, ибо, несмотря на мое техническое образование, я не понимаю, как можно открыть «это» если ключи канут в Лету вместе с их держателем. Что то мне говорило, что местные власти едва ли нам разрешат устраивать взрывные работы, а иной отмычки кроме центнера - другого пластита как то не приходило на ум. Да и не факт, что помогло бы…

Мы делали первые шаги в детской теме и у нас под конец одного года осталось коробок 150, где в каждой - от трех до пяти пачек подгузников. Я не помню, сколько точно, цифра примерная и я сужу просто, потому, что это было 2 или три битком набитых машины. Я тогда ездил на большом микроавтобусе и в салон (если демонтировать средний ряд и сложить последний) влезало как раз 50-60 ящиков. В общем, это на самом деле много. Напомню, товар высочайшего качества, для внутреннего японского рынка. И тогда, и сейчас это товар дорогой и востребованный, но если сейчас рынок насыщен, то тогда это было просто космические изделия для деток. Мы решили раздать все остатки в Дома ребенка. Тогда мне говорили цифру, я не готов ее воспроизвести, но цифра была дикая: обеспеченность домов ребенка тогда была что-то вроде то ли один подгузник на день, то ли около этого (не хочу врать, не помню точно) помню лишь, что в тот момент меня эти данные просто убили. Те, у кого были маленькие дети, знают, это катастрофически, ничтожно мало. Теперь представьте, каково было детям в государственных домах. Груднички и чуть старше. Без родителей и брошенные родителями. Страшно больные, на государственном уходе, где у персонала нищенская заработная плата. Если это не детский ад, скажите мне тогда, что такое ад для детей…

Мы подумали это же так легко – привезти и отдать, тем, кому больше всего надо и с хорошим настроением встретить Новый год. Но, нам быстро объяснили какие мы наивные чукотские парня. Сначала, надо было
1. получить разрешение от властей,
2. потом надо было получить разрешение от СЭС,
3. потом надо получить, что-то типа разнарядки,
4. потом надо было рассказать, откуда товар
5. и, лишь потом, ты мог привезти и отдать туда, куда пальцем ткнет указующий чиновничий перст.

В общем у меня как то сильно возникли сомнения, что коробки попадут туда куда надо и тем, кому надо, а не всплывет, скажем, на ближайшем рынке. Это была крайне странная ситуация: у нас были японские подгузники, и мы были их готовы передать брошенным детям, но, мля, умники которые отвечают за обеспеченность домов быстро нам объяснили, что так делать нельзя. Строго говоря, приводились аргументы типа, ну а как без СЭС, это ж хрен знает, что Вы там привезете, надо же все проверить, а когда мы предлагали привезти на экспертизу коробку- две-пять - то сроки проверки которые нам назвали на проведение экспертизы были какие то просто пугающие, такое ощущение , что речь шла не о подгузниках, а о новом кардио-препарате. Еще помню, были вопрос за сертификаты и когда мы говорили, что мы, мол, оптовики, мы не продаем товар в розницу, и не обязаны их иметь - это тоже становилось камнем преткновения и высочайшего неодобрения. В общем, чем больше наше государство декларировало на словах охрану детского здоровья, тем больше в душе закипало бешенство и тем больше хотелось просто плюнуть на все это и просто загнать товар торгашам и забыть, поминая классика - «души прекрасные порывы». И еще… Было стойкое ощущение, что мы кому то мешаем, кого-то отвлекаем от великих государственных дум по какой-то странной охране детского здоровья. 

В конечном итоге, мы поступили по-хулигански. Приезжали в Дом ребенка и говорили: «… мы привезли Вам настоящие японские подгузники. Вот они в машине. Забирайте. Говорите, куда складывать?..» Я лично не ездил. Хотя, была мысль самому сесть за руль, но, Новый год, елочка в офисе, праздничное настроение, и таскать эти тяжеленные коробки, и доказывать охране на проходной с моей рожей, что я, мля, не террорист, я просто хочу помочь, смотреть в глаза директору ( главрачу?) или, кто там, самый главный то? Что вот, мол, подарки на Новый год, что мы точно знаем у Вас этого, нет и не будет, получите и даже не надо расписываться! А что делать, если будут задавать вопросы по поводу документов? Разрешений? А если не будут задавать, то будут говорить «спасибо», а что, «спасибо», если у нас это остатки, мля, которые остались не проданные, мы их привезли изначально денег заработать, а не филантропию разводить. В общем, все было как то…неоднозначно. Я смалодушничал и остался за кадром. Ну и, кроме того, понимание, что такое наши богадельни, и насколько это может быть…пронзительно для любого кто бывает там случайно, не по долгу работы, энтузиазма не добавляли. Короче - поехал мой работник.
Однако, не участвуя непосредственно в событиях, отчеты я требовал детальные и телефон из рук не выпускал, причины тому были веские - хрен его знает это государство и как будут реагировать первые лица в домах ребенка. А то, не ровен час, может еще и вытаскивать придется из ненужной истории ибо недаром есть поговорка- «не делай добра, не получишь зла». Ну, в самом деле, приехала какая-то машина, набитая коробками без документов, без звонка сверху, вот на те Вам – забирайте! А ну-ка, если проверить их, что это за публика и позвонить в ближайший РОВД и пусть они прояснят что это за черный тонированный автомобиль с нежданными подарками такими?! 

В первом Доме, ничего не приняли. Главный, мужик, сказал, что у него нет места, куда складывать коробки и когда наш человек предложил разместить этому козлу у себя в кабинете - то ему указали на дверь. Где то там, в здании, орали груднички в мокрых русских подгузах из фанеры, а у главврача не оказалось, места принять товар. Я не знаю, побоялся ли он взять коробки, или просто он был просто подонком с бездушным сердцем или у него не было желания возиться и я никогда об этом не узнаю, но что я совершенно точно знаю – так делать нельзя. Тебе привезли – ты возьми. Ты боишься вдруг это левые какие то расклады – ты проверь. Потом. Но сейчас – возьми. У тебя полный дом маленьких детей, тебе привезли машину подгузников, ты никогда не получишь японские, лучшие в мире детские товары от государства, тебе привезли сами, в подарок, они уже на твоей территории и у тебя нет места, принять коробки…? Как это вообще возможно…? В другом, выбежала главный врач, организовала нянек, охрану, пять раз сказала «спасибо», показала детский дом, детей и сказала, что готова всегда принять столько, сколько привезем. Мы все остатки что у нас были по-моему, туда и передали.

История это давняя и мной почти забытая, да и действующим лицом я там не был, так, постоял в сторонке, но сегодня читая новости в Интернете, я вижу, как приводятся серьезные аргументы, мол, сколько наших детей погибло в США и рассказываются об этом со всеми ужасающими подробностями. Однако, при этом умалчивается факт, что за год в России гибнет приемных детей в десять раз больше чем за все 18 лет по которым ведется статистика усыновления семьями из Штатов. Прибавьте, к этому, количество пропавших детей и может быть, вы получите представление, что такое быть приемным ребенком в России. Не умаляя огромного сердца российских приемных родителей, тех которые берут брошенных детей и воспитывают как своих - есть статистика. И если правду – то до конца. И если в одном только году в Пермской области пропало два десятка приемных детей и нет ни одного уголовного дела в связи с этим - о чем тут можно говорить..? У кого-то есть еще иллюзии по поводу российского, трепетного, со всем вниманием отношения к каждой детской слезинке?

И еще, потрясает второй план этой истории, а в связи, с чем собственно принимается запрет на усыновление? Одна страна, сказала - мы ваших подонков, воров и убийц не пустим в свой дом; а вторая страна в ответ на это заявила- а мы за это будем убивать собственных детей ибо сами воспитать не можем, но и шанса на лучшую жизнь не дадим, а если умрут здесь – так это наши дети. Кто-нибудь, что-нибудь понял…?

Возвращаясь к истории с Домами ребенка, не зная цифр, могу думать, что в первом доме, где у хозяина большой кабинет и совсем нет места для детских товаров, дети умирают чаще чем во втором, где нашлась одна тетка, которая без тени сомнения, моментально приняла решение и наплевав на все инструкции делала все, что могла для своих детей. В первом, наверное, дело поставлено по инструкции и с властями дядя дружит, а во втором надо думать с отчетностью, возможно, не так все хорошо, но думают там о детях больше. Я не знаю, что писать об этом дальше. Тема настолько болезненная, что надо либо писать много и подробно, либо не писать вообще. Пока я пытался найти нормальные человеческие выражения, чтобы выразить мои мысли по поводу запрета, дума приняла закон, совет федерации пропустил его, а президент подписал. 

Лучших всех сказал по этому поводу Панюшкин, он знает только две организации которые убивают собственных детей в назидание другим : это Хамас и Единая России.
Вершители, государства российского, вы как умирать будете..? Вы не боитесь, что по таким счетам, заплатить придется в любом случае, не здесь, так за тем краем - точно…?

Комментариев нет:

Отправить комментарий

СПАСИБО за Ваш комментарий, предложение, вопрос