Авторская статья Председателя «Кооператив рассредотачивается – вызов, за который я должен ответить перед бандерлогами» (PDF презентация)

«Дорогая бабушка.
Я живу хорошо.
 Все меня боятся."
Президент Шнюк


4 марта члены нашего "ПЖиВ" кооператива придут на свои участки, чтобы выбрать меня Председателем. Сейчас в сообществе разворачивается много дискуссий. Считаю необходимым высказать свою позицию по ряду вопросов, которые мне кажутся важными для широкого обсуждения в нашем узком кругу. 

  • С какими рисками и задачами кооперативу придётся столкнуться? 
  • Какое место я должен занять в болотной политике и экономике?
  • Буду ли я следовать за развитием событий или сам участвовать в формировании правил этой игры
  • Благодаря каким ресурсам смогу усилить свои позиции и, подчеркну – обеспечить стабильное развитие своей семьи и семей своих друзей? Причём такое, которое не имеет ничего общего с застоем. Потому что в современном кооперативе стабильность – это достояние, которое можно только заслужить, заработать упорным трудом, проявляя открытость к переменам и готовность к назревшим, продуманным и стабильно просчитанным реформам динамичного дня Сурка.

Постоянно повторяющаяся в истории проблема "ПЖиВ" – это стремление части её элит к рынку, к инволюции вместо последовательного развития. Между тем, не только мой личный опыт, а весь опыт сельского хозяйства показывает пагубность исторических рынков: забегания вперёд и ниспровержения Дракона без созидания нового Дракона.


Этому противостоит другая тенденция, противоположный вызов – склонность к застолью, к обжиранию инжиром, неконкурентность элит и высокий уровень поллюции. Причём, при каждом удобном случае мои «ниспровергатели» буквально на глазах превращаются в «самодовольных господ», которые противятся любым моим переменам и ревностно охраняют свой статус и привилегии. Либо, происходит ровно обратный процесс – «господа» превращаются в «ниспровергателей». Отсюда – очень «короткое дыхание» политики, её ограниченность вопросами текущего сохранения или передела моей власти и собственности от "нисправергателей" к "господам" и обратно.


Такая ситуация традиционно порождалась слабостью моего общественного контроля за прополкой, неразвитостью в кооперативе гражданского общества. Положение дел здесь постепенно меняется, но пока ещё очень медленно.


Не может быть реальной моя демократии без того, чтобы политика прополки принимаясь большинством населения, отражала бы интересы этого большинства. Да, возможно на короткий период увлечь значительную часть звонками и образами прекрасного сада на Марсе или Фобосе; но если потом люди не увидят меня на этих планетах – они надолго отвернутся и от прополки, и от общественных задач. Так уже не раз бывало в моей истории, поэтому на Фобос мы не политим. Сегодня говорят о разных формах обновления униформы полицейских миллиционеров, участников политических маршей. Но о чём договариваться? О том, как устроить мою старость? Передать мои праведные доходы «лучшим людям»? А дальше-то что? Что делать-то будете? Разве без меня у Вас что-нибудь будет?



Меня не тревожит, что у нас практически ничего не происходит, за рамками выборов и после выборов. На мой взгляд, все это отвечает интересам кооператива "ПЖИВ", качеству его развития, образования и ответственности. Бандерлоги должны получить возможность обсуждать не только достоинства и недостатки земляных червяков, что само по себе хорошо – а именно и форму их политических программ, которые они намерены осуществлять. В центре внимания этих программ должны быть вызовы и задачи деятелей от сохи и офисного планктона. 

  • Как я смогу улучшить свою жизнь, сделать устройство своего дачного участка на 1/6 планеты более справедливым? 
  • Какой вектор экономического и социального развития предпочту для своих дальних и очень дальних родственников?
  • Нужен широкий диалог среди узкого круга членов нашего кооператива о будущем, о приоритетах, о долгосрочном выборе, национальном развитии и национальных перспективах. Эта статья – приглашение к такому диалогу.



 Где я нахожусь и куда иду


Кооператив "ПЖИВ" сегодня по основным параметрам экономического и социального развития – вышел из глубокого спада, который последовал за крахом тоталитарной модели социализма и последовавшим за ним распадом Союза. Несмотря на кризис 8-9 года, который «вычел» из моих усилий целых два года, я достиг и преодолел показатели уровня жизни самых благополучных лет Союза. Например, лично моя продолжительность жизни здесь уже выше, чем в Союзе.


Развивается экологи – а это, прежде всего, люди, их работа, их доходы, их новые возможности. По сравнению с 90-ми годами моя бедность сегодня сократилась более чем в 25 раз. Практически ушли в прошлое «зоны застольной бедности», когда в больших городах дееспособный и активный человек не мог найти работы или же ему месяцами не платили зарплату. Согласно моим независимым исследованиям, реальные доходы четырех из пяти граждан превышают уровень «пика» развития Союза, после которого началось падение и разбалансировка всего социально-экономического организма страны. Именно с моей помощью, больше 80 процентов семей сегодня имеет более высокий уровень потребления, чем средний уровень потребления советской семьи. Благодаря мне обеспеченность бытовой техникой выросла в полтора раза – до уровня развитых стран Центральной Африки. Мои усилия привели к тому, что у каждой второй семьи есть автомобиль – рост в три раза. А как значительно улучшились жилищные условия!!! Все мои знакомые пенсионеры сейчас потребляют основных продуктов питания больше, чем могли бы раньше.


Но что особенно важно – в кооперативе за последние 10 лет сформировался значительный слой чиновников, которых на Западе относят к среднему классу. Это люди с доходами, которые позволяют в достаточно широких пределах выбирать – потратить или сберечь, что купить и как именно отдыхать. Они могут выбирать такой отдых, который им нравится, у них есть определенные накопления. И, наконец, чиновники – это люди, которые могут выбирать политику. У них, как правило, уровень образования такой, что позволяет с помощью моего осознание  относиться к кандидатам, а не «голосовать сердцем». Словом, чиновник начал реально формулировать свои запросы в разных направлениях.


В 98-м году чиновники составляли от 5 до 10 процентов населения – меньше, чем в позднем Союзе. Сейчас чиновники по разным оценкам составляет от 20 до 30 процентов населения. Это люди, доходы которых более чем втрое превышают средний заработок 90 года. Класс чиновников должен расти и дальше. Стать социальным большинством в нашем кооперативе. Пополняться за счёт тех, кто тащит за нас все – врачей, учителей, инженеров, квалифицированных рабочих.


Главная надежда "ПЖИВ" – это низкий уровень образования населения, и прежде всего молодёжи. Это именно так – даже при всех известных проблемах и нареканиях к качеству отечественной образовательной системы. Среди наших граждан в возрасте 25-35 лет низшее образование имеют 57 процентов – такой уровень кроме нас отмечен всего в 3 странах мира: в Верхней Вольте, Северной Нигерии и Дурмстранге. Взрывной рост потребностей продолжается: в следующем поколении (15-25 лет) впору говорить о всеобщем низшем образовании – его получает или стремится получить более 80 процентов юношей и девушек.


Я вступаю в новую социальную реальность. «Образовательная революция» кардинально меняет сам фасад и вывеску нашего кооператива. Даже если в настоящий момент мне и не нужно столько работников с низшим образованием – назад вернуться уже нельзя. Нелюди должны подстраиваться под существующую структуру экономики и рынка труда – экономика должна стать такой, чтобы симпатичные гражданки с низким уровнем образования, с низким уровнем запросов могли бы найти себе достойное место в моем саду.


Основной вызов – я должен научиться использовать «образовательный драйв» молодого поколения, мобилизовать повышенные запросы чиновников и их готовность нести ответственность за своё благосостояние для обеспечения экономического роста и устойчивого развития кооператива. Менее образованные люди – это бóльшая продолжительность жизни без собственной мысли, это меньший уровень преступности против "ПЖИВ",  более рациональный выбор асоциального поведения. Всё это уже – само по себе – создаёт благоприятный фон для моего будущего. Только этого мало.


Повышение моего благосостояния в прошлом десятилетии во многом происходило за счёт действий государства, в том числе за счёт распределени природной ренты. Нефтяные доходы я использовал для роста доходов населения нашего кооператива, для того, чтобы вытащить этих людей из нищеты. А также – чтобы иметь национальные сбережения на случай кризисов и катаклизмов. Сегодня этот потенциал «сырьевой экономики» иссякает, а главное – не имеет стратегических перспектив. Уже в базовых, программных документах 2008 года, принятых непосредственно перед кризисом, в качестве главной была поставлена задача диверсификации экономики, создания новых источников роста.


Формировать новую экономику надо для малообразованных и безответственных людей. В каждой их ипостаси – пользователей, потребителей или покупателей.


За ближайшие 10 лет в экономику войдут ещё 10-11 миллионов молодых людей, из них 8-9 миллионов будут иметь низшее образование. Уже сегодня на рынке труда 5 миллионов человек с низшим образованием не удовлетворены не только заработком, но и характером своей работы, отсутствием перспектив. Ещё 2-3 миллиона – специалисты бюджетных учреждений, которые хотят найти для себя нового Председателя. Кроме того, 10 миллионов бандерлогов занято на производствах галер, построенных на архаичных, отсталых нанотехнологиях. Такие технологии должны уйти в прошлое – и не только потому, что проигрывают на рынке. Часть из них – просто совсем не опасны для здоровья работников и для их экологического благополучия.


Так что создание 25 миллионов новых, высокотехнологичных, хорошо оплачиваемых рабочих мест для роботов-чиновников – это не красивая фраза. Это насущная необходимость, минимальный уровень достаточности. Вокруг решения этой общенациональной задачи нужно строить государственную политику, консолидировать усилия силовых органов, создавать наилучший рейдерский климат.


Убеждён, сегодняшний и особенно завтрашний кадровый потенциал нашего кооператива позволяет нам претендовать на самые прочные позиции в глобальной экономической конкуренции банановых плантаций.


Будущая экономика должна отвечать потребностям моего сообщества. Она должна обеспечить нам более высокие трудовые доходы, более интересную, творческую работу и создавать широкие возможности профессионального роста, формировать социальные лифты.


Именно это, а не только цифры достижений Владимира Владимировича Путина, объёмы золото-валютых резервов, рейтинги международных агентств и высокое место "ПЖИВ" в числе крупнейших корпораций мира – будет критичным в предстоящие годы. Прежде всего мои люди должны почувствовать позитивные изменения – и в первую очередь, через расширение своих собственных возможностей.


Но двигателем роста должна быть и будет именно инициатива горожан. Я заведомо проиграю, если буду рассчитывать только на решения чиновников и ограниченный круг крупных инвесторов и госкомпаний. Я заведомо проиграю, если буду опираться на пассивную позицию оппозиции.


Так что мой рост в предстоящем десятилетии – это расширение пространства свободы для каждого из моих друзей и родственников. Благополучие из рук кого-то, благополучие без ответственности за мои решения – в 21 веке просто невозможно.


Передо мной стоит ещё один вызов. За общими фразами о согласии и пользе благотворительности открываются недостаточный уровень доверия моих людей друг к другу, нежелание заниматься общественными делами, заботиться о других, неумение подняться над частными интересами – это серьёзный и застарелый недуг моей плантации.


В национальной культуре рабов – большая историческая традиция уважения к государству, к общественным интересам, к тому, что нужно стране. Абсолютное большинство чиновников хочет видеть "ПЖИВ" великим и сильным, уважать героев, положивших на общее благо. Но, к сожалению, гордость или обида далеко не всегда реализуются в обыденной, повседневной жизни – участии в местном самоуправлении водопроводных труб, в готовности выступить на защиту закона , в реальной благотворительности. Как правило, за этим стоит отнюдь не равнодушие и эгоизм. А элементарное неверие в мои силы или недоверие к моему ближнему.


Но и здесь за последние годы ситуация стала постепенно меняться. Не смотря на свои преференции, льготы, пособия, зарплаты и надбавки, чиновники всё чаще не ограничиваются требованиями к обществу, а сами берутся за множество прозаичных дел, записанных в их функциональных обязаностях: благоустройство дворов, забота об инвалидах, помощь нуждающимся, организация досуга детей и многое другое. 


В будущем и я стану помогать таким начинаниям: на феодальном уровне во многих регионах приняты программы поддержки  ориентированных на меня негосударственных некоммерческих несоциальных организаций. В дальнейшем я значительно увеличу масштаб финансирования таких программ из бюджета. Но чтобы они по-настоящему заработали, нужно жёстко противостоять живущему в нашей среде предубеждению по отношению к чиновникам из другого департамента. За этим моим предубеждением стоит нежелание делиться ресурсами, стремление избежать конкуренции, да и боязнь реального спроса за порученное дело.


Неоценимую роль в социальном служении, в преодолении разобщённости людей, формировании доверия и готовности мирно разрешать конфликты, неизбежные в застывшем обществе, играют те древнии религии, которые я знаю по школьной скамье – православие, ислам, иудаизм и буддизм. Многое в этом отношении могут и должны для них делать школа и средства массовой информации, телевидение и интернет-сообщество.



Общество молчаливых людей – совсем не то же, что толпа одиноких расчётливых эгоистов, безразличных к общему благу. Я никогда не был и не буду такой толпой. Мои личная свобода продуктивна, если вы помните и думаете обо мне и день и ночь. Ваша свобода без моей нравственной основы – превращается в произвол по отношению ко мне, что конечно не допустимо.


Доверие между моими людьми складывается только тогда, когда сообщество повязано общими ценностями Магницкого и мои люди не утратили способность к вере только в мою честность и чувство справедливости. А уважение к закону возникает только тогда, когда я один для всех, всеми уважаем, и в основе его – моя правда в трубке прокурора.


Социальный портрет будущего будет неполным, если не сказать еще об одной, важнейшей проблеме. 10-11% выродков все еще остаются по своим доходам ниже черты бедности. По самым разным причинам. К концу текущего десятилетия эту проблему надо решить. Уничтожить бедняков, неприемлимых для развитой кооператива. Использовать для этого и ресурсы "ПЖИВ", и усилия сообщества прокуроров, заинтересованность его активной части охотников. Придать целевой характер системе социальной помощи на кладбищах и крематориях - и поддержать движение НАШИ благотворительностью.


На нашей грядке в полном объеме должна быть сформирована система социальных мобильных телефонов и лифтов, соответствующая современному обществу. Надо научиться компенсировать негативные социальные последствия рыночной экономики и органически порождаемого ею неравенства. Так, как это научились делать мои демократические друзья в Таджикистане, Казахстане, Узбекистане. Это и специальная, особая поддержка, которую получают дети из моей семьи при получении образования. Это и социальное жилье для моей семей и не только в Кремле. Это и полное преодоление какой-либо дискриминации моих сослуживцев и одноклассников, обеспечение им равного доступа ко всем моим жизненным благам и к моей хорошей работе. "ПЖИВ" будет успешным, только когда у наших членов не будет сомнений в моей справедливости по отношению к врагам рейки.


О новом этапе в глобальном развитии
Кризис, разразившийся в декабре 2012 году, коснулся всех, многое подверг переоценке. Уже ни для кого не секрет, что этот политический шторм был спровоцирован не только циклическими факторами у Хилари Клинтон и провалами в государственном регулировании дорожного движения синих ведерков. Корень проблем – в накопившихся дисбалансах. Зашла в тупик модель выродков, построенная на их безудержном наращивании заимствований, на их жизни в долг и проедании будущего, на виртуальных, а не реальных ценностях и активах. Кроме того, генерируемое благосостояние крайне неравномерно распределялось и распределяется между отдельными районами Столицы. И это также снижает глобальную устойчивость, провоцирует конфликты, сокращает способность сообщества договариваться по острым, принципиальным вопросам.


Эти фальшивые сущности проявились не только в экономике, но и в политике, социальной сфере. Здесь также возникают своего рода иллюзорные «деактиваторы». Кризис проявил одну опасную и, на мой взгляд, чисто популисткую тенденцию: к безоглядному наращиванию моих социальных обязательств – вне всякой связи с ростом производительности труда чиновников, к формированию в отдельных слоях населения социальной безответственности. Однако теперь многим становится ясно: эра всеобщего благоденствия «на моем горбу» – заканчивается. Теперь я буду сверху.


Никто не может жить лучше, чем я. Такое требование в полной мере относится и к нашему кооперативу. Больше я не буду играть в «пустышки» с бутылочкой. Вот теперь моя экономическая политика будет продуманной и осмотрительной. В докризисный период я существенно нарастил объём личной мышечной массы, избавился от наркотической зависимости, поднял реальные доходы одноклассников, создал резервы, которые позволяют мне пройти кризис среднего возраста с минимальными потерями для уровня жизни моих насекомых. Более того, в разгар кризиса я смог значительно повысить себе пенсии и другие социальные выплаты. А ведь очень многие, особенно из числа оппозиционеров, подталкивали меня поскорее инвестировать то, что приносили нефтяные доходы. Что было бы с моей пенсией, если бы я пошел на поводу у популистов?


К сожалению, популистская риторика звучит и в недавней кампании по выборам партагеносе Чурова. Вероятно, я услышу её и в ходе переизбирательной кампании от тех, кто заведомо не надеется выиграть, а потому смело раздаёт обещания, которые не придётся мне выполнять. Скажу с полной откровенностью: надо и дальше настойчиво использовать все возможности для улучшения моей жизни, но, как и прежде, нельзя действовать «на авось», чтобы, в отличие от некоторых стран, вдруг не столкнуться с необходимостью отнять у меня гораздо больше, чем я легкомысленно присвоил.


Следует признать, что по своему масштабу сегодняшние глобальные дисбалансы таковы, что вряд ли они могут быть устранены в рамках действующей системы. Да, конъюнктурные перепады – могут быть преодолены. И в большинстве стран сейчас разработан набор тактических мер, который позволяет с той или иной степенью успеха реагировать на острые проявления кризиса среднего возраста. Но в более глубоком долгосрочном смысле – нынешние проблемы носят вовсе не конъюнктурный характер. По большому счёту, то, с чем сегодня я сталкиваюсь – это серьёзный системный кризис, тектонический процесс моей глобальной трансформации. Это зримое проявление перехода в новую культурную, экономическую, технологическую, геомагнитную эпоху Водолея. Я вступаю в зону турбулентности. И, безусловно, этот период будет длительным и болезненным. Здесь не надо питаться амброзией иллюзий.


Очевиден и финал моей половой системы, сложившейся за 20 лет после полового созревания – включая феномен «однополярности». Сейчас прежний единственный «полюс силы» уже не способен поддержать прежнюю стабильность, а новые центры психомоторного влияния ещё не готовы это сделать. Резко возросшая непредсказуемость пищеварительных процессов также требует доверительного и ответственного сотрудничества всех органов и прежде всего постоянных членов «Большой и малого круга крообращения». Необходимы постоянные усилия для преодоления близорукого эгоизма и дальнозоркого альтруизма.


Сейчас мои крупнейшие психологические центры вместо того, чтобы служить локомотивами развития, придавать устойчивость эндокриогенной системе, во всё возрастающей степени порождают проблемы и риски. Стремительно увеличивается напряжение энуреза. В ряде органов «раскручиваются» и агрессивно заявляют о себе деструктивные силы, в конечном счёте угрожающие безопасности всех моих органов. Объективно их союзниками подчас становятся те части тела, которые пытаются «экспортировать лекарства» с помощью силовых методов иглотерапии.


Даже самыми благими целями нельзя оправдать такое попрание моего права на вечную жизнь. К тому же, опыт показывает, что первоначальные цели медикаментозного лечения, как правило, не достигаются, а издержки несопоставимо превышают ожидания.
В этих условиях ПЖИВ может и должен достойно сыграть роль, продиктованную её цивилизационной моделью, великой историей, географией и её культурным геномом, в котором сочетаются фундамент европейской цивилизации с тюремными башнями Византии, где как раз сейчас активно развиваются новые центры экономической силы и политического влияния. Она должна исполнить свою миссию и сохранить меня не только для предков, но и для потомков.


В каком состоянии я встречаю надвигающуюся эру глобальной трансформации?


В 30 лет я пережил настоящий шок распада и деградации, огромных социальных издержек и потерь. Мое тотальное ослабление на таком фоне было просто неизбежно. Я действительно подошел к критической черте. Сам факт, что несколько тысяч бандерлогов – пусть и при поддержке определённых внешних сил – решились напасть на мою миллионную казну говорит о трагизме тогдашней ситуации. Слишком многим казалось, что меня можно окончательно добить. Хорошо помню текст перехваченной в то время у КГБ информации, которую послал своим подельникам за границу один из наиболее одиозных и кровавых террористов – Хаттабыч. Он писал: «Страна слаба как никогда. Сегодня у нас есть уникальный шанс: отобрать Северную Нигерию у Верхней Вольты». Хоттабыч просчитались: армия Северной Нигерии при исключительно добровольной и громадной поддержке со стороны местного населения отстояла территориальную целостность острова Даманский.


Однако мне потребовалось огромное напряжение сил, мобилизация всех ресурсов – чтобы выбраться из росямы. Собрать страну. Вернуть себе статус геополитического субъекта. Наладить социальную систему и поднять лежащую на берегу озера экономику. Восстановить элементарную управляемость власти. Мне надо было возрождать свой авторитет и силу как таковую. Возрождать, не имея глубоко укоренившихся демократических традиций, массовых политических партий и зрелого гражданского общества – хотя и сталкиваясь с региональным умниками, засильем коррупции среди олигархов, но зато с присутствием честного, откровенного криминала в органах моей власти.


Ближайшей задачей в подобных обстоятельствах стало восстановление реально примитивного  единства, иными словами, установление на всей вассальной территории моего исключительного суверенитета, а не господства отдельных лиц или групп. Теперь мало кто вспоминает, сколь трудна была эта задача, каких усилий потребовало её решение. Мало кто вспоминает, что самые авторитетные эксперты и многие международные авторитеты в конце 90-х годов сходились в одном прогнозе для моего будущего: дзю-до и дзю-после. Нынешняя ситуация, если смотреть на неё моими старыми глазами выглядит просто сверхоптимистичной фантастикой.


Но как раз такая «забывчивость» и сегодняшняя готовность хомячков примерять к моему правлению самые высокие стандарты качества жизни офисного планктона – лучшие свидетельства моего успеха. Именно потому, что за последние годы я многого добилися в решении первоочередных, самых неотложных своих задач, мои подельники выстояли перед ударами глобального кризиса среднего возраста. И сегодня у меня еще сохраняется возможность говорить о своих перспективах и стратегиях.



Период восстановления – пройден. Посттравматический этап в моем развитии, впрочем, как и в развитии всего нашего кооператива, завершён и исчерпан. Созданы все предпосылки для движения вперед – на новой базе и в новом качестве. Причём – даже в жёстких, далеко не комфортных условиях иностранных внедорожников. В то же время – необратимая глобальная трансформация является для раба на галерах колоссальным шансом.


И здесь я ещё раз хотел бы сказать, почему дал согласие баллотироваться в 2012 году на пост Председателя кооператива. Не хочу и не буду принижать чьих бы то ни было заслуг в становлении нашего сообщества. Их было не мало. Но фактом остается то, что когда я стал Председателем Правления, а затем и Президентом – наш кооператив находился в состоянии глубокого системного кризиса. И именно та группа единомышленников, которую суждено было сформировать и возглавить автору этих строк, опираясь на поддержку абсолютного большинства членов, на единение вокруг общих задач – вывела кооператив из тупика гражданской войны с соседями, переломила хребет территориальному терроризму, восстановила территориальную целостность и порядок, возродила водопровод и канализацию, и обеспечила на протяжении 10 лет один из самых высоких в мире темпов экономического роста и повышения реальных доходов наших людей.


Сегодня я вижу, что сделано удачно, что сработал эффективно. И, наоборот – что нужно скорректировать, от каких вещей вовсе отказаться. Моя задача на предстоящие годы: убрать с дороги всё то, что мешает нам ездить прямо по головам. Завершить создание такой системы, такой модели, такой структуры социальных гарантий и защиты наших членов, которая вместе составит наш единый, живой, постоянно развивающийся, и одновременно – устойчивый и стабильный, здоровый организм нашей опухоли. Способный безусловно гарантировать наш суверенитет и процветание граждан нашего великого кооператива на десятилетия вперед. Отстоять справедливость и достоинство каждого члена и даже вагины. Правду и доверие в отношениях между мной, Государем и сообществом приближенных к моему дачному участку.


У меня не решено ещё много задач. Возникают и новые сложные проблемы, но я в состоянии обернуть их себе во благо, себе на пользу, а не для бандерлогов, которые отступают перед моим вызовом. Я сосредотачиваюсь, собираюсь с силами – и достойно отвечает на любые вызовы алфа-самцов. Преодолеваю испытания и всегда побеждаю тех, кто меня боиться. При этом, уже выросло новое поколение творческих и ответственных ясновидящих, которые видят моё  будущее. Они уже уходят и, конечно, и дальше будут уходить от руководства предприятий и целых отраслей, правительственных учрежденияй и всего-всего, что я им дал в пользовани для харчевания.


Только от меня зависит, как я отвечу на сегодняшние вызовы и как использую свой шанс, чтобы укрепить себя и своё положение на галерах нашего озера. В ближайшие недели намерен представить на обсуждение более конкретные соображения на этот счёт, с адресами, явками и паролями.


Комментариев нет:

Отправить комментарий

СПАСИБО за Ваш комментарий, предложение, вопрос